Город Бологое
Тверская область
№ 19 от 13 мая 2015 года

“Если забудем свое прошлое, то обречены пережить его заново”

На этой фотографии - выпуск 1941 года. Прямо с порога 55-й медведевской школы десятиклассники шагнули в войну. Во втором ряду сверху - Александр Егоров. По фронтовым дорогам он прошел танкистом. Евгения Павловна Егорова по памяти восстановила фамилии выпускников.
Выпуск 1941 года (слева направо, снизу):
“Если забудем свое прошлое,  то обречены пережить  его заново”
1. Никитина Анна
2. Нестеров Сергей
3. Соколов Александр
4. Волков Павел (погиб
под Старой Руссой)
5. Кардашов Николай
6. Кокорин Александр
7. Дементьев Николай
8. Осипов Виктор
9. Русаков Николай
10. Филиппова
11. Белова Вера
12. Юденко Зинаида
13. Сухецкая София
14. Метелкина Ант.
Телепнев Анатолий Яковлевич, учитель математики
15. Спиридонова
16. Данилова Надежда
17. Богачев Александр
18. Егоров Александр
19. Нечаев Леонид
20. Федосихин Борис
21. Яковлева Серафима
22. Большегородская Елена
23. Зеленкова Анна
24. Кирсанова Евгения
25. Кузнецов Карл
26. Чижевский Евгений (сгорел в танке)
27. Павлова Вера
28. Кузнецова Анна (Чувилина)
29. Привизенцева Зоя
30. Иванова Валентина
31. Хохлов Юрий
32. Егорова Надежда
33. Андреева Валентина
34. Осипова Валентина
35. Минин Петр
36. Степанов Юрий
37. Бойков Евгений
38. Федоров Леонид

Эти слова написаны на конверте с письмом, которому никогда не истечет срок давности. Его автор - Евгения Павловна Егорова, учитель математики медведевской 55-й средней школы. Надо полагать, ее знали и помнят многие - ведь столько ребят она выучила за 45 лет учительской работы!
Нет теперь среди живых Евгении Павловны, но ее письмо на листочках из школьной тетради в клеточку, адресованное внуку, обращено ко всем нам как напоминание о войне, которую нельзя забыть, о страданиях, через которые шли к Великой Победе. Единственное, чего нет в письме, - это громких слов о подвигах, о доблести, о славе, а больше о той войне, которую мало знаем, но которую пришлось пережить женщинам, старикам, малым детям и подросткам.
«Мы обречены все это пережить заново, если забудем свое прошлое», - пишет Евгения Павловна.

- Здравствуй, внук! У меня появилось желание написать о нашей семье. Детям нужно знать свое древо. Сама я из рода Беляковых, но начну с твоего дедушки, моего мужа Александра Михайловича Егорова.
Родился он в деревне Дивинец Вышневолоцкого района. Отец его Михаил Константинович был ремонтным рабочим на железнодорожных путях. В войну, сразу в 1941 году, погиб во время бомбежки немецкими самолетами. Похоронен в братской могиле на кладбище в Бологое. Мать, Анна Евграфовна, умерла, когда Саша учился в 3-м классе. Жить твоему деду Саше пришлось с тетками. Летом пас теленка, следил, чтобы не улетел рой пчел: надо было на них брызгать водой с веника. Купленные штаны носил без стирки до тех пор, пока они не рвались от грязи. Иногда отец брал его с собой в Валдай, где работал. Спали на полу и свою постель обкладывали ветками ольхи от клопов.
В 17 лет Александр окончил 10 классов 55-й школы в Медведеве - было это в 1941 году. И рано утром 22 июня началась война. Его взяли в армию, и только через 4 месяца Саше исполнилось 18 лет. Он окончил танковое училище в Ульяновске. На фронте был командиром танка и воевал до конца войны в 1945 году. Пришел с победой, но война его все-таки настигла: через 19 лет, всего в 42 года, умер от инфаркта. Он и в армию был взят с пороком сердца. Саша был отличным человеком во всем. С отличием окончил и железнодорожный техникум в Ленинграде по специальности «Паровозное хозяйство». Работал в депо техником. После его смерти осталось у меня двое сыновей.
Когда началась война, мне тоже было 17 лет. Сразу нашу школу - 8-10 классы - взяли на окопы, копали противотанковые рвы вдоль Волги в Селижарове, за 100 километров от дома. Спали в сарае, мерзли, завшивели без бани.
Когда вернулись домой, по ночам уходили в лес от немецких бомбежек, а утром возвращались, и я шла в школу. Мой брат Михаил в 13 лет пошел на работу - в ученики слесаря на вагонный участок. Сестра Антонина до войны окончила медицинский техникум, стала фельдшером и была направлена в западную часть Белоруссии, на станцию Черемха. Ездила по деревням на вызовы к больным на лошади. А когда началась война, как медик помогала размещать в эшелонах людей, уезжавших в эвакуацию. Последний эшелон не пришел: немец подходил совсем близко.
До дома добиралась целый месяц, где военным эшелоном, где шла пешком - без вещей, в одном платье, в тапках и с санитарной сумкой на плече. Да еще доставляла раненых в медпункт. Мама уходила в лес и там плакала в голос о погибшей дочери. А Тоня, вернувшись домой, опять помогала раненым, и днем, и ночью дежурила в больнице в Медведеве.
Я же в войну почти год работала кассиром в столовой внутри депо на станции Медведево. Однажды во время бомбежки все убежали в болото, в кусты за 55-ю школу, и я тоже побежала, бросив денежную выручку. Немец столовую разбомбил, а моя касса осталась цела, и никто деньги не взял.
Потом я окончила курсы учителей начальных классов и поехала учиться в Калининский педагогический вуз - он был поближе к дому. Экзамены не надо было сдавать, так как я окончила 10 классов на отлично.
Война еще не закончилась, но немцев из Калинина выгнали. Кругом царила разруха. Общежитие не отапливалось, вместо стекол - фанера. В столовой кормили одной капустой и давали 400 граммов хлеба. Всегда хотелось есть и спать. Чтобы заглушить эти желания, мы обедали после лекций и шли в читальный зал института (учебный корпус отапливался), писали рефераты, решали задачи до 11 часов вечера. Приходили в общежитие и ложились в ледяную постель. Утром около рта на одеяле был иней. Крысы прыгали на стены, пытались достать мешочки с сухой картошкой, подвешенные на гвоздях.
Топливо для учебного корпуса мы заготавливали и таскали на себе. Несли в мешках торф из болота за 10 километров от Калинина, норма была по десять мешков на студента. А добывали торф из ям летом и складывали в штабеля. На пароходе по Волге нас увозили в лес, где мы валили большие деревья, очищали от веток и распиливали по два метра, потом складывали. Спали на полу в деревнях или на соломе на гумне - в длинном сарае, где вручную, колотушками обмолачивали снопы. Давали нам кусок хлеба с горьким маслом и водой из Волги. Ездили в колхозы на уборку урожая свеклы, моркови, картошки. Выгружали из эшелонов раненых. Расчищали территорию от разрушенных зданий. Но ничего, молодость победила невзгоды. А когда закончилась война, 9 мая 1945 года все высыпали на улицу Советскую - главную улицу города Калинина. Кричали ура, пели, плясали, целовались. Ликовали и плакали по тем, кто убит.
После института я стала работать в родной 55-й школе, вышла замуж за Александра Егорова. Родились сыновья.

Часто вспоминаю несколько случаев из военной жизни.
1. В Борках напротив дома, где я жила до замужества, находился и сейчас находится железнодорожный парк. Там в войну всегда в запасе стояли вагоны со снарядами. Однажды во время бомбежки эти снаряды от попавшей в них бомбы начали взрываться. Стоял треск, подобен аду, пламя было видно даже в Удомле, за 60 километров от нас. Наш дом спас Бог.
2. Однажды утром в 4 часа мы вернулись из леса (мама с собой брала корову). Мама во дворе стала ее доить, а я полезла в баню - она была около дома в землянке, вырытой на случай бомбежек. В небе показался немецкий самолет, летел низко. Наверное, летчик удивился, что после сильных ежедневных бомбежек в живых еще остались люди и коровы, и бросил на нас зажигательную бомбу. На счастье, она оказалась бракованной, только с треском разорвалась, и едкая желтая жидкость разлилась по забору и по земле как раз у выхода из землянки, где я была.
А на горе за нашим домом стояли зенитки. Зенитчицами были молодые девушки. Утром увидели, что зенитки искорежены бомбами, а девушек не было. Там сейчас, у железнодорожной линии, братская могила.
3. У нас в квартирантках жила девушка 18-ти лет из Питера - Ядя, Ядвига Адамовна Савицкая. Появилась она у нас так. После снятия блокады из Ленинграда эвакуировали больных. В парке напротив нашего дома остановился один из эшелонов. Тоня оказывала медицинскую помощь. И эта девушка плакала - ее мать умирала. Тоня доставила их к нам домой. Мать через несколько дней умерла от истощения, а Ядя выжила и устроилась работать чертежницей в воинскую часть, что располагалась в лесу за Борками. Стала получать хороший паек и поправилась.
После 10 класса, перед институтом, я тоже летом работала чертежницей, но в другой воинской части, что располагалась в здании НОДа в Медведеве…
“Если забудем свое прошлое,  то обречены пережить  его заново”
Педагогический коллектив 55-й школы

P.S. Войну изучают по подвигам и сражениям, а с этой стороны, за занавесом геройства и славы, молодому поколению она уже мало известна. При жизни Евгения Павловна, как и большинство ее сверстников, практически не рассказывала об этом. Вот только под конец дней своих решилась поведать о пережитом.
До самой старости она помогала по математике студентам и школьникам, помогала бескорыстно. Всю жизнь много ходила. Они с мужем жили на кирпичном заводе, напротив веерного депо в Бологое. И вот каждое утро до Федосихина в 55-ю школу, а вечером обратно - и все пешком. Не угомонилась и на пенсии: работала в деревенских школах - надо было выплачивать деньги за кооперативную квартиру. Бог дал прожить ей 89 лет. Богатейший архив Евгении Павловны, хочется надеяться, еще пригодится для изучения истории войны.

Подготовила Маргарита Сивакова
Количество просмотров: 1404

Информационно-аналитический еженедельник

г. Бологое, ул. Гагарина, д. 4

телефон: : 8 (48238) 2-30-14

mail: pvdbologoe@mail.ru

© 2013—2021. Разработано в Студии Интернет-проектов Konceptum.pro | Администрирование и поддержка сайта: Авдеев М.А.

Konceptum.pro