Город Бологое
Тверская область
Тверская область
№42 от 22 октября 2025 года
Жил такой помещик...
Помните сцену из фильма «Доживем до понедельника», где на уроке истории ученик Костя Батищев рассказывает о лейтенанте Шмидте? Учитель Илья Семенович Мельников (актер Н. Тихонов) укоряет школьника за поверхностное изучение темы, на что тот отвечает, что в «учебнике о нем всего пятнадцать строчек». И тогда учитель отвечает: «Пятнадцать строчек. А ведь это немало. От большинства людей остается только тире между двумя датами...»
Этот эпизод вспомнился, когда довелось ознакомиться с литературно-биографическим очерком «Смешная фамилия». Написал его энтузиаст - краевед Алексей Матвеев, а речь в нем шла о московском купце Федоре Дмитриевиче Пупышеве, человеке непростой судьбы, внесшем вклад в развитие бологовского края. Сведений о нем сохранилось немного, но автор очерка постарался собрать максимум информации. В результате, как пишет Алексей Юрьевич, «сложился портрет честного и порядочного человека, патриота, незаслуженно пострадавшего в смутное время «слома эпох» и достойного того, чтобы о нем помнили…»
С разрешения автора расскажем о нем и мы.
Фамилия Пупышев упоминается в детской повести Вильяма Козлова «Президент Каменного острова». Герои истории аттестуют его как помещика со смешной фамилией, бывшего хозяина ильятинской усадьбы Межутоки, который «испугался революции» и «удрал куда-то». Оттолкнувшись от одной строчки художественного произведения, любопытный читатель А.Ю. Матвеев провел свое исследование. Оказалось, персонаж этот вовсе не выдуманный.
Когда в середине XIX века открылось движение по Петербурго-Московской железнодорожной магистрали, у обеспеченных столичных жителей вошло в моду обустраивать дальние дачи, приобретать имения, куда можно было бы выезжать на лето семьей. Бологовский край в этом отношении был весьма привлекателен: великолепная природа и географическая близость столиц притягивали сюда людей.
Московский купец I гильдии Федор Дмитриевич Пупышев, который занимался торговлей бумагой и «держал чуть ли не весь извоз в своей округе», купил большой участок здешней земли у помещика Николая Алексеевича Базарова или его наследников в период с 1854 по 1888 год. Он приобрел участок леса не просто в качестве дачи, а в практических целях - для заготовки и переработки древесины. Этот участок леса, по словам автора очерка, был расположен между московским трактом и речкой Шлинкой.
Во владениях Пупышева находились лесные сторожки, в которых жили сторожа, охранявшие лес и контролирующие лесные вырубки, а также Спасо-Воскресенский лесопильный паровой завод, оборудованный по последнему слову техники («4 паровые машины... и электрический генератор»).
По мнению А.Ю. Матвеева, лесопильный завод располагался в поселке Шлинка. Возможно, за Спеховом располагалось целое лесоперерабатывающее производство.
Семья купца владела усадьбой Спасское, «в пяти километрах на запад от станции Куженкино». Усадьба располагалась в деревне Градобить.
Спустя сто лет от Спасо-Воскресенского лесопильного завода и усадьбы Спасской не осталось никаких следов. «Пройдет еще каких-то лет 10-15, - пишет автор очерка, - и не останется уже никого, кто в своем далеком куженкинском детстве слышал рассказы о купце Пупышеве от бабушек и дедушек». Однако А. Матвееву повезло, удалось разыскать нескольких старожилов станции Куженкино, помнящих о нем. Из этих устных свидетельств мы узнаем, что летнее время семья купца проводила в усадебном доме в деревне Градобить, где были высажены дубовые и березовые аллеи, фруктовый сад. Сам «барин», к слову, потомственный почетный гражданин Москвы, якобы даже вел переговоры с англичанами на поставку леса.
Федор Дмитриевич Пупышев был человеком сердобольным: взял на воспитание сирот из деревни Градобить, а когда подросли, приставил к торговому делу. Сам не курил, но закупал махорку, чтоб потом раздавать нищим. В деревне все относились к нему с большим уважением, его семья была очень религиозной, помогала крестьянам деньгами. На пожертвования Пупышева были отремонтированы полы и устроены печи в Куженкинской церкви Преображения Господня, построена сторожка на кладбище и деревянная церковно-приходская школа, ставшая потом сельской школой (сгорела в 90-е ХХ века). В Первую мировую войну (1914-1917 гг.) Пупышев на свои средства содержал в усадьбе небольшой госпиталь для выздоравливающих раненых, которые прибывали с фронта на станцию Куженкино.
Из воспоминаний Тамары Александровны Онегиной:
«После революции 1917 года Пупышев все свое имущество передал новой власти. Пока он был в Москве, градобитьские жители его усадьбу разграбили. Перли все подряд - еду, посуду, одежду, домашнюю утварь, мебель… Дед тоже что-то притащил домой, за что получил нагоняй от жены, та заставила его все отнести назад. Федор Дмитриевич удивлялся: «Василий, ну а тебе-то я чего худого сделал?» Деду было страшно стыдно.
Градобитьскую усадьбу с амбарами и лесопильный завод Пупышев тоже отдал новой власти. Единственное, о чем просил, - чтобы ему разрешили дожить в его доме. Здание усадьбы отдали под школу, а одну комнатку оставили бывшему хозяину, который жил здесь один. Учитель прекрасно относился к нему, и каждый раз, проводя класс строем мимо сидящего на крылечке седенького старичка, приучал учеников здороваться: «Дети, поклонитесь…»
70-летнего старика Федора Дмитриевича Пупышева, отдавшего все нажитое Советской власти, в 1930 году убили бандиты, в лесу на дороге около села Куженкино. Брать у него было нечего, убили, скорее всего, «из хулиганства». Из воспоминаний старосты храма в селе Куженкино А.Н. Овчинникова: «Священник, помня о меценатстве Пупышева, похоронил его рядом с церковью в селе Куженкино. Долгое время на могиле был просто камень, потом я сделал крест и табличку «Пупышев Ф.Д. 1860-1930».
Несколько слов о судьбе потомков героя нашей истории. Его сыновья стали известными и уважаемыми людьми. Старший, Николай Федорович (1876-1919), после обучения на медицинском факультете Московского университета получил специальность лекаря по нервным заболеваниям с правом врачебной практики. Стал высококлассным специалистом в этой области, основал в Подмосковье санаторий «Надеждино» для лечения пациентов с заболеваниями нервной системы. (С приходом большевиков был национализирован и переименован в «Санаторий им. Артёма»). В марте 1919 года умер от сыпного тифа: лечил тифозных крестьян в деревне Назарьево. Хоть был невропатологом, а не инфекционистом, считал своим долгом помочь больным. Похоронен в селе Ржавки в 5 км от санатория.
Его сын Сергей Николаевич стал политработником и пропал без вести в июле 1942 года в возрасте 25 лет.
Младший сын, Пупышев Петр Федорович (1889-1960) работал кинологом Всеармейского охотничьего общества, вел породу английских сеттеров. Его собаки были ведущими производителями в породе. С начала организации в 1922 году выставок и испытаний охотничьих собак участвовал в них как эксперт и судья (судья-эксперт всесоюзной категории). Автор многочисленных публикаций и нескольких монографий об охотничьих собаках, их натаске и охоте с ними. После войны в конце 1940-х годов он приезжал в Куженкино-2 посмотреть на бывшее имение отца...
Вот так одна строчка из повести советского писателя, где упомянут помещик Пупышев, вылилась в целую историю о человеке, достойном, чтобы о нем сохранилось не только тире между двумя датами. Светлая ему память!
Елена Письменчук,
фото Пупышева Ф.Д.
фото Пупышева Ф.Д.
найти не удалось
Другие новости по теме:
- - История одной усадьбы
- - Усадище Мартыново и усадьба Фимоново (Фуников Е.И.)
- - Тайны бологовского погоста
- - Пропал без вести в 41-м
- - Императорская ставка в селе Хотилово
Количество просмотров: 178
|
Информационно-аналитический еженедельник
г. Бологое, ул. Гагарина, д. 4
телефон: : 8 (48238) 2-30-14
mail: pvdbologoe@mail.ru
© 2013—2025. Разработано в Студии Интернет-проектов Konceptum.pro | Администрирование и поддержка сайта: Авдеев М.А.