От войны до войны

«Мы с соседкой по даче ужинали, когда начали стрелять. (У меня дача недалеко от Донецкого аэропорта). Посуда разлетелась, мы на полу обстрел пережидали. Я почему-то детство вспомнила, как Бологое бомбили в войну. Кто бы мог подумать, что доживу до такого!»
Когда слышишь подобные истории – невольно мурашки по коже. Нине Ивановне в следующем году исполнится 85. Прожила в Донецке более 50 лет. Когда уже стало опасно оставаться в городе, приехала в августе 2014-го в Бологое. Остановилась у племянницы. Родилась Нина Ивановна в нашем городе в далеком 1930-м в многодетной семье. Две страны, одна любовь и такая долгая трудная жизнь. От войны до войны...
Нина Ивановна (фамилию просила не называть) была младшей из восьми детей в скромной бологовской семье. Жили трудно, скудно. Хорошо запомнила начало Великой Отечественной. Как пережидали бомбежки, как работала подростком, сначала на стройке, потом в ж/д больнице санитаркой. В 1951 году попала в Германию: предложили поехать на службу в советский госпиталь медсестрой. Сначала солдатом, потом оставили на сверхсрочную. Закончила двухгодичную школу медсестер. Там же нашла свою любовь. Михаил был старшим оружейным мастером полка.
Может, и первенец появился бы на свет в чужой стране, но муж настоял, чтоб ребенок родился на родной земле, и молодая семья перебралась в Бологое, а оттуда – в Старую Руссу. Там налаживали быт, построили дом, завели хозяйство. Но знакомый Михаила уговорил его ехать на заработки в Донецк, на шахты. Так, в конце пятидесятых они оказались на Украине. Муж устроился шахтером на шахту Восточная. Платили действительно хорошо, но радость длилась недолго. Через пять лет он погиб в забое.
- Всего-то и прожили мы вместе 9 лет, считая Германию, - вспоминает Нина Ивановна. - Я осталась с двумя детьми на руках. Младшему было только четыре годика. Замуж больше не пошла, сама сыновей подняла. До пенсии работала машинистом газовой котельной. Квартира у нас в Донецке есть, дача хорошая.
Но беда вновь посетила ее дом. Сначала погиб внук. На заводе, где трудился, рукав его спецовки затянуло в станок. Парень пытался вырваться - упал и ударился головой о стальную чушку. Часа не прошло, как его не стало. А через два года умер старший сын Нины Ивановны. У нее остался младший сын. Он сам уже на пенсии, живет на Украине.

- Уезжали мы из Донецка в начале августа, а через несколько дней после того ж/д вокзал разбили. Люди боялись, что поезд тоже будут бомбить, пока едем, но обошлось. От войны бежали в основном бабы да ребятишки.
Детство мое прошло в Бологое, а на Украине – вся жизнь. Донецк – очень красивый современный город. Был, по крайней мере. Это мой второй дом. Я хочу съездить посмотреть, цела ли квартира, дача. Есть ли куда возвращаться. Если нет, тогда уж буду принимать гражданство России и как-то обустраиваться на новом месте. Я сейчас живу у племянницы, но вечно людей стеснять не будешь, пусть и родных. Уезжала я в спешном порядке, даже денег снять не удалось: все банки были закрыты. Сын билет купил и немного денег дал на дорогу. Вот и все. Я даже не знаю, что с ним. Ему тоже не позвонить сюда – денег нет. Это чувство неизвестности изматывает меня. В новостях тоже ничего утешительного не слышу. Очень тяжело. Иногда кажется, что все это не со мной происходит.

От редакции. Нина Ивановна хочет вернуться домой, в Донецк. Желающие помочь ей финансово могут получить контактную информацию пенсионерки в редакции газеты «Перекресток».
Елена Письменчук